Повторить Октябрь: как корейцы взбунтовались против Японии

4

1 марта 1919 года в Сеуле началось массовое восстание корейцев против жесткой политики японских колонизаторов. В течение нескольких дней стихийные выступления распространились по всему Корейскому полуострову. Метрополии удалось подавить повстанцев с помощью армии, однако официальному Токио пришлось пойти на значительные уступки в управлении мятежным краем.

В первой половине XX века Корея находилась под властью Японии. Сложившаяся ситуация напрямую вытекала из итогов русско-японской войны за влияние на Дальнем Востоке. Победив западного соседа, островное государство закрепилось на материке. По договору 1905 года Корея становилась протекторатом Японии. Однако многие в империи хотели большего. Плодом их усилий стало подписание договора о присоединении Кореи к Японии в августе 1910 года. Ровно на 35 лет, до капитуляции этой страны во Второй мировой войне, Корея превращалась в японскую колонию.

Данный период корейской истории преисполнен трагизма. Присылаемые из Токио генерал-губернаторы придерживались жесткого курса — так называемой «политики сабель», усиленно пытались японизировать население полуострова. Культурным наследием Кореи японцы демонстративно пренебрегали. Любые формы протеста подавлялись карательными органами.

Репрессии угрожали не только политически активным корейцам, но и простым крестьянам, а также девушкам, массовое насилие над которыми стало символом того времени и запечатлено в различных источниках.

К массовому восстанию привел жесткий и неэффективный курс второго генерал-губернатора Кореи Йосимити Хасэгавы, назначенного в октябре 1916 года. Поводом к выступлению явилось объявленное в январе 1918-го президентом США Вудро Вильсоном право слабых наций на самоопределение. Был образован подпольный комитет из 33 культурных и религиозных деятелей, разработавших секретные планы по свержению правительства Японии.

Первыми потребовали суверенитета обучавшиеся в Токио корейские студенты. Известный в будущем корейский писатель Ли Гван Су составил Декларацию независимости Кореи. Около 600 студентов собрались 8 февраля 1919 года в Зале собраний корейской протестантской молодежи, зачитали текст Декларации и приняли решение передать ее японскому императору.

Документ завершался четырьмя основными пунктами: о предоставлении корейскому народу независимости; созыве корейского Национального собрания; принятии Парижской мирной конференцией решения о предоставлении Корее права на самоопределение; о том, что корейская нация поднимется на борьбу в случае невыполнения указанных требований.

В Декларации имелась ссылка на опыт Октябрьской революции 1917 года в России. В разгар заседания в помещение ворвалась японская полиция. Более 60 человек было схвачено. Информация о случившемся стремительно облетела всю Корею.

На 1 марта, за два дня до похорон бывшего императора страны Коджона, по слухам, отравленного японцами, корейские патриоты назначили массовый митинг.

На демонстрацию в сеульском Парке Пагоды собралась 300-тысячная толпа: люди приняли Декларацию и приступили к сбору подписей в ее поддержку. Однако «33 представителя нации» на народный сход не явились. В 14:00 они собрались в ресторане «Тхэхвагван», где зачитали и подписали Декларацию, отправили копию генерал-губернатору Хасэгаве, подняли бокалы за независимость Кореи, а затем позвонили в японскую полицию и добровольно сдались.

Столь странное поведение, больше напоминавшее политический популизм, чем реальные действия, объяснялось соображениями безопасности. Однако волнения всего равно начались — даже в отсутствие вожаков. Над площадью подняли национальное корейское знамя. Пришедшие в Парк люди принялись скандировать: «Да здравствует независимость!» Студенты бросали вверх форменные кепки, пели патриотические песни и танцевали. Настроения быстро выплеснулись на улицы Сеула. Навстречу толпе вышла японская полиция. Свыше 1 тыс. человек, по корейским сведениям, было убито.

Известия о событиях 1 марта молниеносно распространились по стране, и демонстрация была поддержана всем корейским народом.

Из 218 уездов, на которые делилась Корея, в 211 произошли многолюдные выступления. В некоторых местах они приобретали вооруженный характер. Повстанцы громили полицейские участки, здания японской администрации, дома японских чиновников и усадьбы помещиков. Забастовки рабочих перерастали в столкновения с войсками, срочно вызванными из Японии. Центрами восстания стали Сеул, Пхеньян, Синыйджу и сельские районы.

Почти все крупные города бастовали. В знак протеста против колониального режима отказывались работать магазины. Риску избиения подвергался любой японец.

По всей стране прокатилось не менее 1542 народных выступлений. Особенно активно бесчинствовали крестьяне. Суммарно в борьбе приняли участие свыше 2 млн человек.

Пик активности начал спадать лишь ко второй половине апреля, что не в последнюю очередь было обусловлено увеличением армейского контингента, брошенного японцами против манифестантов. В северных и центральных провинциях «Первомартовское движение» было подавлено раньше, чем в южных.

Однако в северокорейских источниках 1990-х годов утверждалось, что на самом деле восстание началось не в Сеуле, а в Пхеньяне, где также зачитывали Декларацию независимости.

Помимо территории Корейского полуострова движение затронуло места компактного проживания корейцев в Маньчжурии и России. Например, корейцы Приморья выступили 17 марта в Никольске с собственной Декларацией.

Как заявляли японские официальные лица, в ходе протестов были убиты 553 человека, арестованы — 12 тыс. Если же верить труду корейского историка тех лет Пак Ын Сыка «Кровавая история движения за независимость», за время подавления «Первомартовского движения» погибли 7509 человек, получили ранения 15 961, попали в тюрьмы — 46 948.

Кроме того, японские силовики уничтожили 48 церквей, две школы и сожгли 715 домов.

И хотя восстание окончилось неудачей, японские власти были вынуждены существенно смягчить режим в Корее, перейдя от «военного правления» к «культурному правлению». Имевший репутацию либерала новый генерал-губернатор Макото Сайто объявил о проведении реформ, которые, впрочем, не возымели ожидаемого результата. Но корейцы радовались и отдельным «завоеваниям», как-то ослабление цензуры и разрешение публикаций на корейском языке.

Дмитрий Окунев

Source link
[img]