Роман Вильфанд: настоящая весна придет во второй половине апреля

2
Источник:

CC0/quinntheislander

Москва. 11 апреля. INTERFAX.RU — Научный руководитель Гидрометцентра России Роман Вильфанд на полях международного арктического форума «Арктика — территория диалога» рассказал специальному корреспонденту «Интерфакса» Алексею Курилову о том, как в действительности теплеет Русский Север, приходит ли погода из Петербурга в Москву, когда настанет весна и почему люди всегда винят синоптиков в неверных прогнозах.

— Мы с вами на Международном арктическом форуме. Арктика — кухня погоды, и сейчас регион стремительно теплеет. Президент называл цифру в четыре раза, но есть разные оценки…

— Объясню, почему озвучиваются разные числа, связанные с потеплением Арктики. Дело в том, что не существует чёткой дефиниции, что такое Арктика. Если речь идет только о Северном Ледовитом океане, — он теплеет несколько медленнее. Если же речь идет о прибрежных районах, — то быстрее. Если о северных регионах Азиатской территории, например, о Таймыре, Ямале, Северной Земле — там еще быстрее. А если в целом о территории, которая находится севернее 65-й параллели… Именно поэтому разные цифры.

Я близок к тому, что Арктика теплеет более высокими темпами (скорость потепления планеты и скорость потепления Арктики разнятся больше, чем в 2,5 раза — ИФ). В целом, глобус теплеет со скоростью 0,17 градуса за 10 лет. В умеренных широтах — от 0,35 до 0,4 градуса за 10 лет. В северных широтах Европейской России, Азиатской России — даже 0,8 градуса за 10 лет.

— То есть в четыре раза быстрее, даже чуть больше.

— Да. Кстати, в самом Ледовитом океане, по последним данным, скорость потепления замедляется. Вода в принципе более инерционна, чем суша. В общем, тут могут быть разные цифры, но с моей точки зрения, конечно же, эта скорость быстрее, чем в 2,5 раза.

— От Арктики давайте перейдем к простым, будничным вопросам. Вроде бы стало тепло, пора ли менять автомобильную резину? В Москве и в Петербурге, где мы находимся сейчас?

— В принципе, да. В Москве уже можно менять. В конце этой недели температура еще будет близка к нулевым отметкам (в ночные часы — ИФ) и даже к отрицательным, но все-таки уже день продолжительный.

Если люди живут дневной жизнью, а не ночной, то температура днем, в общем, уже вполне нормальная — выше пяти градусов. Если человек только ночью ездит — тогда еще можно подумать, но, все-таки, это редкость.

В Подмосковье, в принципе, тоже можно, но если только не приходится ездить по лесной дороге, которая еще не прогрелась. Еще снег лежит в лесах! Холодная подстилающая поверхность означает, что сцепление летней резины с дорогой будет плохим, даже если там лежит асфальт. Это связано со свойствами летней резины — ее эластичность заметно падает, если температура окружающей среды ниже плюс пяти градусов. Это влияет на тормозной путь. Поэтому нужно иметь ввиду, кто где находится. Аккуратность тут нужна.

А вот в Питере — ну вот еще бы я дней пять подождал. В Москве сейчас 15−16 градусов, а в Питере 3−4. Такая разница. Хотя до этого в Питере было теплее, чем в Москве.

— Говорят, что в Москву погода приходит из Питера.

— Кстати, вот все представления, что погода в Москву приходит из Питера, неправильные. То, что воздушные массы приходят к нам преимущественно с запада — это так, но мнения о том, что завтра погода в Москве будет такая же, как сегодня в Питере — это обывательское представление. На самом деле все сложнее. Как легко и весело жили бы метеорологи, если бы всегда все было так! Посмотрел погоду в Петербурге и на следующий день она будет в Москве.

— Вам часто в эти дни задают вопрос: когда же будет тепло. Я попытаюсь его расширить: когда растает снег, распустятся листья и можно будет снять зимние и осенние вещи?

— Во второй половине апреля. Я уже как-то говорил: когда температура около 15 градусов, женщины ходят в красивой летней одежде, мужчины — только в пиджаках, а особо отчаянные — в рубашках. Гордо поднимают голову, смотрят по сторонам… Весна воспринимается по-человечески.

Так вот, раньше второй половины апреля не стоит этого ждать. Когда конкретно — скажу за три-пять дней. Пока еще рановато.

— То есть где-то конец второй декады апреля?

— Где-то близко, да.

— Кстати, впереди майские праздники. Понятно, что точных прогнозов сейчас быть не может, но есть все-таки хотя бы предварительные расчеты, общие данные, где будет комфортнее их провести — в Петербурге или в Москве?

— Сейчас просто невозможно сказать, это за пределами знаний. Ответ был бы непрофессиональным. За три недели предсказать нельзя. Большие знания — многие печали. Мы не знаем, а кто-то легко скажет. Кто-то, не обремененный знаниями законов гидродинамики.

И еще задавали вопрос, почему метеорологи всегда ошибаются…

— Да, самый главный вопрос, который люди часто задают: почему метеорологи всегда врут?

— Вот вы знаете, в вопросе уже звучит утверждение. А это всегда опасно. Для того чтобы использовать выражение «всегда ошибаются» или «часто ошибаются», ведь нужно же вопрошающему какую-то статистику иметь.

А ведь на самом деле успешность прогнозов заметно повышается. Причем специалисты по науковедению говорят, что это одна из тех отраслей знаний, науки, которая бурно прогрессирует. 35 лет назад прогнозы на первые сутки имели такое же качество, как сегодня на пятые сутки.

Как можно говорить, что всегда ошибаются? Мы — люди, и мы субъективны. Человек не ведет статистику, просто пользуется своими впечатлениями. Вот если прогноз оправдывается, разве это воспринимается необычно? Прогнозировали +20, было +19, — ну и замечательно, проблем нет. Но когда прогноз не оправдывается, наступают негативные последствия: пошел дождь, человек промок, возможно, и заболел. Наметил шашлыки — а вдруг осадки. Или что-то еще.

Вот если сравнивать на эмоциональных весах вес успешного прогноза и неуспешного, то неуспешный перевесит, он запоминается. 95% прогнозов успешны, 5% — неуспешны. Но на этих эмоциональных весах пять процентов перевесят.

Здесь мне понравилась картинка, которую американцы нарисовали. Метеоролог на приеме у психотерапевта просит: излечите, пожалуйста, человечество от несправедливости, от беспамятства. Ну почему, когда в 95 процентах я даю правильные прогнозы, этого никто не замечает, а в пяти процентах это не то, что замечают — никогда не прощают.

Пять процентов ошибки значат, что неточный прогноз бывает в одном случае из двадцати, один день из двадцати дней. Сейчас мы стремимся к тому, чтобы через пять-шесть лет успешность была 97%. Тогда прогноз не будет оправдываться раз в месяц. Говорят, что синоптики ошибаются один раз, но каждый день, а тут тогда будет «один раз, но каждый месяц».

Если говорить серьезно, то нужно просто взять и проверить на нашем сайте в течение месяца, сбывался прогноз или нет, и уж потом задавать вопросы.

Шутки о синоптиках: рисуют свои изобары, а в окно посмотреть некогда, чтобы увидеть, что там идет дождь. Занятые, нестандартные такие люди. Так вот — это же впитывается с молоком матери, такая ирония к работе синоптика. Но если ориентироваться на социальные опросы — они говорят совершенно о другом.

Так, один из опросов, проведенный, в частности, в США, Австралии, Сингапуре, Азербайджане, показал следующее. У людей спросили: если из информационных программ удалить какие-либо новости, с вашей точки зрения, какие нужно обязательно оставить? И оказалось, что от 87 до 92 процентов респондентов оставили бы именно информацию о погоде.

— Вас не обижают эти шутки?

— Нет, не обижают. Как правило, в этих шутках доброжелательная, веселая ирония. А вот на необоснованные реплики нужно обязательно отвечать, но только в корректной форме.

Вот я у вас спрошу, какие прогнозы лучше: политические, медицинские, экономические или метеорологические? Ответ очевиден. Верите ли вы, например, экономическому прогнозу?..

Как-то в 2005 году к нам в Росгидромет приехал президент Всемирного банка Вулфовиц (Пол Вулфовиц, 10-й президент Всемирного банка в 2005—2007 гг. — ИФ). Помимо официальной части, была и неофициальная, завязалась беседа. И он задал нам такой вопрос: в чем отличие экономиста от синоптика? Тут мы задумались, ответить не смогли. Тогда он сам ответил: разница в том, что синоптические прогнозы все-таки иногда сбываются.

— Вы недавно давали прогноз на вегетационный период. С учетом прогнозируемой средней температуры и осадков, есть у урожая зерновых в этом году шанс стать рекордным?

— Агрометеорологи рекорды не прогнозируют.

Сейчас, учитывая продуктивную влагу, то есть увлажненность почвы, умеренно теплую погоду, мы считаем, что в целом повышенная вероятность того, что урожайность озимых и яровых будет больше, чем в прошлом году.

Более уверенно мы говорим об озимых, вклад которых в валовый сбор зерновых культур составляет около пятидесяти процентов.

Прогноз валового сбора обычно бывает где-то в середине июня, когда мы можем прогнозировать, будет засуха или нет. Для озимых засуха уже не страшна, поскольку влаги хватает с весны. А вот для яровых еще не совсем понятно.

Читайте также

Source link
[img]